larasdvatri123 (larasdvatri123) wrote,
larasdvatri123
larasdvatri123

Categories:

Запах твоей души

Сегодня хочу поделиться с вами отрывоком из поста нового автора, многим ранее известного по блогу Лукеса.
mi_ri_da23 была участницей обсуждения феномена Эффекта Манделы, но с недавних пор пустилась в самостоятельное плавание и открыла журнал.

Ей есть что сказать миру!

Эта история произвела на меня большое впечатление.
Написано замечательно, образно, просто, искренне и от того ещё более реально и жутковато.

Вопрос, который задаёшь себе после прочтения - ну а мой сосуд-то каков?
Прозрачен?
Не очень?



Единственное, что хочу добавить к этому отрывку - ты хозяин своего сосуда и никто не мешает тебе выплеснуть муть со дна, почистить, помыть его и перекрыть доступ ко всяким щупальцам.
Пусть там будет переливаться только свет с запахом веcеннего ветра и ... земляничного мыла ))
[читать дальше]
**********           ***********           ***********

Я и до этого то случая с трудом выходила на связь с социумом, а после того, как на меня свалилось странное видение мира, который оказался не просто другим, а совершенно другим, страшным, пугающим, необычным, да попросту не влезающим ни в какие ворота, — тут всё, я схлопнулась, как резко сдувшийся воздушный шарик, и мне просто невероятно повезло, что дурка меня не заметила, несмотря на моё неадекватное поведение.
Человеческое тело виделось некой ширмой, то есть то, как мы выглядим в нашем мире, это только оболочка. Сквозь физическое тело просвечивала другая форма, она прозрачная и контурами повторяет очертания этого физического тела, но не выглядит твёрдой и если протянуть руку, можно пройти сквозь. Наверное. Не пробовала. Единственное, что я пробовала — это забиться куда-нибудь в уголок и чтобы ничто из того, что я видела, ко мне не приближалось.
А учитывая, что приходилось каждый день ходить на работу... Уже в первый день я конкретно потеряла связь с реальностью и потом практически целыми днями буквально сидела под своим рабочим столом. Коллегам не было до меня никакого дела, у них была своя, сложная и требующая внимания и сосредоточенности работа, я могла хоть весь день просидеть под столом со своими расчётами, главное, вовремя их сдать, а где я ими занимаюсь, никого не беспокоило. Нет, косились иногда, конечно, но списывали на обычное в моём случае «не от мира сего».
И все эти милые, дружелюбно относящиеся ко мне тётеньки и дяденьки не представляли, бедные, что я видела, глядя на них. В каждом из людей, в этой прозрачной оболочке, находился сосуд, тоже прозрачный, такой хрустальный, отсверкивающий прямыми и чёткими гранями, и в каждом из этих сосудов находилось нечто, что трудно описать словами.
Такая черная муть, клубящаяся, как туман. Живая причём.
У кого-то на донышке.
У кого-то наполовину сосуда.
У кого-то доверху.
У кого-то слегка переваливалась через край и медленно шевелила отростками, копошась на теле. Очень редко были люди с совершенно чистым сосудом без этого чёрного клубящегося. А самая жесть — у одной тётечки, такой болтушке-болтушке, смешливой и ведущей себя, как малое дитя, эта штука переливалась за гранённые края сосуда, растеклась по телу и вывалилась на пол, заполоняя собой практически всю комнату. Если была её смена, этой тётечки, я долго стояла перед входом в помещение, где она находилась и не могла заставить себя сделать шаг. Некуда было. Кругом эти черные клубящиеся отростки, которые медленно, лениво переваливались-перетекали по полу и копошились в ногах рядом стоящих людей, а местами и вскарабкивались на них и шарили по телам….бр-бр-бр-бр-бр…..
Мы не видим многого…может, потому что не готовы? Да и к чему нужна в нашей реальности такая, например, способность, какая вдруг случилась у меня ? Чтобы от людей шарахаться, которые и как люди то не выглядят?
Примерно через месяц сидения под столом я научилась слегка регулировать яркость картинки. Можно было убавить свет и резкость. Прозрачность можно было сделать размытой, как будто смотришь через бабушкины очки.
Но, или я сама, когда металась в потёмках, задела ещё одну струну, либо кто-то решил мне добавить для полного счастья, но меня оглушило и придавило до кучи новое открытие – люди пахнут.
Все люди вместе и каждый отдельно – и у каждого человека свой, только его запах.
Ну и ладно, скажете, ну и подумаешь, «пахнут все», - нашла проблему.
Запах исходил не от тела. Запахи издавала Душа. Или что там у человека внутри?
И большинство людей пахло непереносимо плохо. Или непонятно. Миллионы оттенков всевозможных запахов. От редкого аромата цветов и леса до всё заполонивших запахов, вызывающих тошноту до рвоты и помутнение рассудка.



Эти нехорошие запахи и идентификации то не поддаются. Нет таких определений, чтобы объяснить, как пахнет что-то плохое. Я стараюсь выбирать мягкие выражения и не пачкать бумагу неприятными словами, хоть сколь-нибудь дающими понять, какой дурной запах издают наши дурные мысли и помыслы, или наше состояние в каждый момент своей трансформации, и насколько забит эфир этими побуждениями, и какие они липкие, и какой след оставляют.

Потерявшись в этом обилии труднопереносимых запахов, проникающих в мозг и не дающих вздохнуть, я спасалась на время тем, что ходила по пятам за редкими людьми, пахнущими хорошо, пока не легчало, - благо, такие Души были, и меня не отгоняли от себя, а лишь поглядывали с улыбкой. Я подтаскивала к столу начальницы стул, прочно усаживалась с намерением провести весь остаток своей жизни в её личном пространстве, очерченном облаком невероятно вкусных и чистых запахов, – каких-то ягод, леса и свежего ветерка, гуляющего в зелёных ветвях этого леса.
Начальница, лишь изредка усмехаясь, поглядывала на мою растёкшуюся в блаженной улыбке физиономию поверх очков и замечаний мне не делала. А я, набравшись сил, через час-другой возвращалась в ад за спиной. Или сопровождала сухонькую женщину старшего инженера в образе молчаливого конвоя. Кстати, эта женщина болела, как выяснилось позже, туберкулёзом, но я этого не видела. А видела чистый прозрачный сосуд и чувствовала только чистейший запах детского мыла.



Странно как. Эта женщина как-то очень дружелюбно ко мне относилась и тоже молча, без замечаний, выносила моё необъяснимое поведение и лишь иногда, когда подходило время для того, чтобы я внесла свой вклад в процесс всеобщей занятости, спрашивала своим гортанным каким-то очень грузинским красивым голосом, – тебе не пора на измерения? Уже начинается?
И я медленно и неохотно тащила себя туда, где чёрная клубящаяся муть лениво пыталась забраться на меня и вокруг колыхались невообразимо ужасные запахи.

Это сумасшествие кончилось вдруг, в один момент, опять по дороге на работу. Идти было долго, заняться было нечем и я обычно сосредоточенно ковырялась в потёмках возле этой гигантской арфы, делая неуловимые, но неимоверные усилия, чтобы найти выключатель всего этого кошмара.
Нашла вдруг. Рядом с арфой нарисовался обычный выключатель. Или я его нарисовала. И я просто взяла и выключила обе эти опции – «всё прозрачное» и «всё пахнет».
Осталось только слабое эхо-память-ощущения. Прозрачными я больше людей не вижу и видеть не хочу. С запахами сложнее. Периодически и довольно часто накатывает, и обоняние усиливается раз в сто, может и больше, потому что я начинаю различать запахи на километр вокруг и спрятаться от этого некуда и оно само уходит так же внезапно, как и проявляется.
Но, как пахнут люди, я уже не знаю. Могу только догадываться. Нет желания делать это усилие, заходить в это пространство с гигантской арфой и включать эту опцию, чтобы снова попасть в тот страшный мир.
Но и с тем эхом, что осталось, я до сих пор безошибочно точно определяю людей с прозрачным сосудом и прекрасным ароматом.



Отсюда:
Кикиморы, Поза в пространстве и Уровень годности
Tags: Гульнара, душа, запахи, щупальца, ясновидение
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 32 comments